Лента новостей
Экономика в пандемию: сражаемся с коронавирусом

Экономика в пандемию: сражаемся с коронавирусом

24.09.2020 10:17:00 Обновлено (24.09.2020 10:36:59) 2959

Золотодобытчики Амурской области усиливают меры безопасности, чтобы не допустить распространения коронавируса. На крупнейшем предприятии региона разработана и внедрена целая система, которая помогает работникам избежать заражения. Как живёт предприятие в условиях пандемии, рассказал генеральный директор группы компаний АО «Прииск Соловьёвский» Фёдор Сидоров.

Превентивные меры

- Фёдор Валентинович, серьёзный удар от последствий коронавирусной инфекции получила экономика. Смогло ли ваше предприятие сохранить в столь сложное время стабильную работу?

- Пандемия коронавируса, конечно, наносит непоправимый ущерб экономике и страны, и нашего региона. Крупным предприятиям было проще устоять на ногах, всё-таки они имеют определённый потенциал и запас прочности. А вот малый и средний бизнес, особенно в сфере потребления и услуг, в большей степени оказался не готов к той ситуации, которая возникла вследствие распространения коронавируса. Многим компаниям действительно пришлось уйти с рынка.

Разумеется, наше предприятие вся эта ситуация тоже не обошла стороной, но фактически производственный процесс не затронула. Более того, текущая внешняя конъюнктура позитивно влияет на финансовые показатели российских золотодобытчиков, поэтому в экономическом плане мы сегодня сложностей не испытываем, чего нельзя сказать о нашей движущей силе – работниках предприятия. В связи со всеми ограничительными мерами большая нагрузка упала на плечи сотрудников Соловьёвского прииска, именно они приняли весь удар на себя.

Представьте, люди вынуждены работать по два - три месяца на вахтах, вдали от родных и близких. Слава богу, сейчас ограничительные меры ослаблены и достаточно всего одного теста на коронавирус. А ведь в первые месяцы люди сидели по две недели на карантине… Это тяжело, все устают.

- В регионах отмечается резкий рост безработицы, вызванный фактической остановкой целого ряда отраслей. У вас, я так понимаю, вопрос об увольнениях не стоял?

- Мы сразу определили и чётко обозначили сотрудникам, что ни один человек не будет сокращён или уволен из-за коронавируса. И своё слово мы держим.

Офисные сотрудники  головного офиса в Соловьёвске, обособленных структурных подразделений в Благовещенске и Чите были оперативно отправлены на карантин, часть из них переведена на удалённую работу – и все с сохранением заработной платы. Мы старались даже премиальную часть не урезать!

Для тех работников, кто обеспечивает непрерывно действующие производства, выполняет работы по устранению аварийных ситуаций, старались скорректировать рабочий график и грамотно распределить нагрузку, чтобы свести все возможные риски к минимуму.

С первых дней мы делали даже больше, чем предписывал Роспотребнадзор. Например, установили 14-дневный период самоизоляции не только для приезжих сотрудников, но и для амурчан. И эти меры принесли свои плоды. Боюсь сглазить, но до последнего момента все случаи заболевания выявлялись на стадии нахождения на карантине.

- Всё-таки были такие случаи?

- Конечно. За все время было человек шесть - восемь, заразившихся COVID-19. Все случаи заболевания были выявлены на стадии нахождения людей на карантине. И здесь мы тоже принимали все возможные меры для нашего же спокойствия. Как только наличие вируса подтверждалось, сразу определялся круг общения заболевшего, причём в расширенном формате: выявляли, так сказать, контактных с контактными, хотя по предписанию Роспотребнадзора этого не требовалось. Всех сотрудников изолировали и не допускали до работ, пока результаты теста не подтверждали отсутствие заболевания. Для изоляции задействовали отдельные блоки общежитий, подняли весь гостиничный и жилой фонд. Все находились под ежедневным наблюдением врачей, было организовано отдельное питание.

Мы сразу же ужесточили контроль над состоянием здоровья работников при заезде на вахту, ограничили командировки, и стали отрабатывать планы на случай вспышки болезни, не говоря уже о мероприятиях по дезинфекции и гигиене.

С первых дней объявления пандемии создали свой оперативный штаб, в перечень главных задач которого входит принятие необходимых мер по защите работников, а также создание благоприятных и безопасных условий труда. Раз в неделю собираемся, обсуждаем обстановку, решаем, какие меры добавить, какие исключить, и отчитываемся в наш региональный оперштаб. Работаем, в общем. Хорошего в этом, конечно, мало, но раз уж так случилось, деваться некуда. Это война. Будем выживать!

- То есть и с региональным правительством у вас налажено тесное взаимодействие?

- Ну а как же! Мы участвовали во всех заседаниях, оказывали содействие по всем вопросам, прорабатывали совместные пути выхода из создавшегося положения, определяли, какие меры достаточны для борьбы с распространением коронавирусной инфекции, а какие, наоборот, излишни.

Коронавирус – это серьёзное испытание не только для предприятий, но и для власти. Не все люди в полной мере осознают последствия и сложность ситуации – не хотят играть по новым правилам и всё тут! И во всех бедах винят власть. Такое тоже, к сожалению, встречается. Поэтому рейтинг руководства падает. В свою очередь мы стараемся по всем вопросам, в том числе материальным, оказать содействие. Мы имеем такую возможность, поэтому считаю, что это - наша святая обязанность.

- Прииск Соловьёвский выделяет немалые средства на борьбу с коронавирусом, хотя сейчас многие, наоборот, затянули пояса…

- Пусть это звучит высокопарно, но к нам пришла беда. Если мы все не встанем на защиту, нам никогда не победить эту болезнь. Разве можно быть счастливым среди больных и умерших?! Среди остановившихся предприятий?! Если есть возможность, нужно всем вместе вставать на борьбу с вирусом. Это беда. Не только в нашей стране – во всём мире. Нас коснулось это точно так же, как и любого другого человека. Но у нас есть возможность, и мы помогаем.

Наше предприятие перечисляло денежные средства на приобретение медицинских масок, мы производили отчисления в различные фонды, помогали тындинской больнице в приобретении средств индивидуальной защиты. Сейчас вот будем вакцины от гриппа закупать.

На прививку – силком?

- Кстати, к вопросу о вакцинации. Нынче предпринимателю необходимо провести вакцинацию не менее 60% общей численности персонала. На ваш взгляд, как руководитель должен выполнять эти указания, если работники не хотят прививаться или если у предпринимателя нет средств на организацию вакцинации?

- Требования Роспотребнадзора к всеобщей вакцинации нам не очень понятны. Вопрос: почему ответственность за вакцинацию ложится на плечи компании? Лично для нас здесь вопрос не в деньгах. Мы прекрасно понимаем всю сложность эпидемиологической остановки и готовы закупить (да уже и закупили!) нужное количество вакцины против гриппа. Но! С одной стороны, это дело добровольное, мы не можем заставить здорового человека сделать прививку против его желания. А с другой – нам действительно предписано вакцинировать как минимум 60% штата. Мы не считаем это правильным.

Конечно, можно найти механизмы и рычаги воздействия, административные ресурсы, чтобы добиться заявленных показателей, но я не считаю, что вправе такими методами пользоваться. Это будет удар по людям.

- Вы этот вопрос не поднимали на вышестоящем уровне?

- Нет ещё. Документ пришёл и попал в наше распоряжение недавно. Конечно, я планирую это обсудить с проверяющими структурами. Но предписание конкретное есть, значит, вся ответственность на предприятии. Я ещё раз подчеркну: финансовая сторона вопроса здесь не является определяющим фактором, дело совершенно не в этом. Нас волнует, как добиться охвата, которого требует Роспотребнадзор, и как я буду с людьми договариваться. Пока непонятно.

- А как сами чувствуете настрой коллектива – пойдут добровольно?

- Люди, если честно, очень устали. Все эти ограничительные меры накладывают отпечаток, в том числе на общее настроение в коллективе. Представьте, если раньше сотрудники были на вахтах по 15 дней, максимум - по месяцу, то теперь они вынуждены работать по два-три месяца, вдали от семей. Все уже изрядно раздражены. Хотя, безусловно, все понимают ситуацию, ответственно выполняют свою работу – дисциплина на предприятии держится. Но тем не менее, если сейчас принудительно кого-то заставлять ещё и вакцинироваться… Такое давление недопустимо.

- А в целом, если говорить об эпидемиологической ситуации, какие прогнозы даёте? Как скоро предприятие вернётся к обычной жизни?

- Я не стал бы оценивать или пытаться прогнозировать развитие ситуации, так как я не специалист в данном вопросе и не владею исчерпывающей информацией, тем более тут всё-таки возможны разные сценарии. Но как сейчас вижу: что-то меняется в лучшую сторону, тяжёлых случаев заболевания становится меньше. Основная надежда - на иммунитет людей да на вакцины.

В стране, я считаю, и так сделано очень многое: не произошло взрыва, повального заражения и распространения эпидемии. Но в ближайшее время число заболевших, как я понимаю, будет увеличиваться, пусть и не такими стремительными темпами. Мы не расслабляемся, будем и впредь делать всё, что положено, и стремиться, чтобы при любом раскладе пережить этот период с минимальными рисками.

- Можно сказать, что в связи со всей этой ситуацией задачи у предприятия поменялись?

- Нет. Как ни странно, для нас этот год во многих вопросах удачный. Мы добываем золота даже больше, чем в прошлые годы, не выбиваясь из графика, ведём инвестиционные проекты в Забайкальском крае. Глобально ничего не изменилось, лишь стало сложнее выполнять определённые задачи. Не всегда, например, из-за карантина можем привезти специалистов из других городов. Есть и какие-то другие сложности, но это наши внутренние проблемы, с которыми мы будем справляться. А так, все основные программы, которые мы наметили, сегодня выполняем.

Карантинные меры доказали свою эффективность. Ни один больной не был допущен до вахты. Но всё равно, пока что риски колоссальные. И сейчас наша основная задача – не допустить распространения инфекции в вахтовый посёлок, потому что там люди трудятся изолированно, и если начнётся вспышка, последствия будут страшные.

Коронавирус показал, что есть необходимость капитально усиливать медицинскую службу на предприятии. Раньше казалось, что это не моя функция, но теперь вижу, что это не так. Будем привлекать больше специалистов, укомплектовывать штат профессиональными медиками, которые будут заниматься, в том числе, профилактикой заболеваний. Над этим делом мы будем серьёзно работать: 2500 рабочих – это не шутки!

Кто мутит воду?

- К нынешним трудностям добавляются и рутинные моменты. В этом году после скандала с разливом дизтоплива на реке Селемджа в районе п. Экимчан много негатива в очередной раз выплеснулось, в том числе, и на золотодобывающие предприятия. Каково ваше мнение об этом происшествии?

- О данной ситуации мне сложно судить, я не знаю всех подробностей. Но, на мой взгляд, сегодня идёт перебор с информационным потоком негатива в соцсетях. Сегодня любой пользователь может запросто оклеветать, кого захочет, причём необоснованно и бездоказательно, не понести за это никакой ответственности. Это неправильно! Ведь последствия не заставляют себя долго ждать: даже если информация не соответствует действительности, предприятие после таких «доносов» всё равно несёт имиджевые потери.

На примере нашего предприятия по экологической ситуации могу сказать, что прииск Соловьёвский находится в тотальной проверке 365 дней в году. Нас проверяют постоянно, по всем направлениям, и в экологической части в том числе. Нет ни одного дня, когда прииск бы не проверялся!

Понятно, что жить, не нанося ущерб природе вообще, невозможно. Вопрос, как этот ущерб компенсировать? Как восстанавливать природный баланс? Здесь надо с проверками что-то делать. Я понимаю, что власти и надзорные органы обязаны реагировать на жалобы населения. Но сегодня кляузу может написать любой человек, даже анонимно, не отвечая за свои слова. Мне кажется, законодательство должно быть пересмотрено в этом вопросе: если ты кого-то в чём-то обвиняешь, и это не подтверждается, ты должен понести за свои слова ответственность, как минимум – штраф.

Нельзя просто так поднимать на уши все органы и структуры. Анонимные жалобы, на мой взгляд, вообще не должны рассматриваться. Если пишешь обращение – будь добр, поставить свою подпись и понести за это определённую ответственность.

Природозащитники часто обвиняют золотодобытчиков в том, что они, якобы, похабят природу, требуют запретить россыпную добычу золота… Но большей глупости я не слыхал, честное слово! Если большие ответственные и законные предприятия уйдут с этого рынка, он заполнится «хищниками». А ведь именно они наносят природе самый большой вред. С этим явлением нужно очень жёстко бороться.

- А каким способом?

- У каждого месторождения должен быть хозяин, который за него отвечает, отчитывается и платит налоги. «Хищниками» сегодня золото добывается, разумеется, безналогово. Наше предприятие, к примеру, прошлом году заплатило в бюджеты всех уровней и фонды страхования 2,5 миллиарда рублей налогов, в этом году сумма вырастет ещё больше. И это, как мне кажется, оправдано.

Практически невозможно физическому лицу добывать золото и при этом соблюдать все требования земельного, природоохранного законодательства. Нужно оформить огромное количество разрешений, получить горный, водный, земельный отвод и прочее. Частник не будет этим заниматься – слишком долго, хлопотно, затратно. Свободная золотодобыча приведёт к узаконенному воровству.

На этом рынке должны быть нормальные проверенные компании, которые несут социальную ответственность. Человек, который собирается брать лицензию на добычу золота, должен понимать, чем будет заниматься и как. Подтверди серьёзность своих намерений бизнес-планом, наличием техники, капиталом, опытом, договорами. Я хочу сказать, что допуск участников к аукциону на новые золотоносные месторождения стоило бы сделать более тщательным.

- Например, на конкурсной основе?

- Ну почему же? Конкурсная система - хороша, но решения зачастую бывают субъективными. А чтобы работала аукционная система, нужен, конечно, ряд изменений. Если ты заявил определённую сумму, должен её оплатить. Если нет – снимайся на всю жизнь и никогда больше не выходи на этот рынок. А месторождение в этом случае должен получать тот, кто занял второе или третье место. Такой подход лишал бы смысла необоснованно поднимать цены на месторождения.

- Так ведь месторождения выкупают ещё и те, кто платит, но даже не имеет понятия, как этим золотом заниматься. Вот земля, вот золото – глядишь, может чего и накопаю…

- Надо понимать, что золотодобыча сегодня – это высокотехнологичный процесс. Если сто лет назад можно было орудовать лопатой и киркой и уже называться золотодобытчиком, то современный золотодобытчик – это команда горняков-профессионалов, это тяжёлая землеройная техника, энергоёмкие драги, шагающие экскаваторы, промприборы. Золотодобыче нужны новые технологии.

- То есть мелким компаниям на этот рынок даже заходить не стоит?

- Небольшие организации имеют право на жизнь, безусловно. Есть малые по масштабам месторождения, и есть люди, которые посвятили себя золотодобыче. Вот они как раз и должны промышлять на таких объектах. Я за то, чтобы они занимались своим делом, чтобы они не исчезли с рынка, и чтобы им было комфортно. Но у них сложности совсем другие. Требования хоть к крупным, хоть к мелким предприятиям - одинаковые. Но тем, у кого доходы в разы ниже, выживать сложнее. К сожалению, они зачастую поглощаются более крупными компаниями.

Тем не менее важно, чтобы малый и средний бизнес в золотодобыче сохранился, и нам надо над этим вопросом работать. Небольшие компании имеют право на жизнь, и пусть они добывают не так много золота, но пользу стране приносят очень большую.

Автор материала: Виктория Телепнёва
Источник фото: Предоставлено прииском Соловьёвским
Читать 2x2.su в Telegram Whatsapp google новости Яндекс новости
Реклама
  • Комментарии
Загрузка комментариев...