2x2 | Общество | Эдита ПЬЕХА: «Я учитель этики, учитель жизни…»

Эдита ПЬЕХА: «Я учитель этики, учитель жизни…»

Общество 18:10 | 12 октября | 2011
Автор: Евгения Зотова, специально для портала 2х2

С Эдитой Пьехой мы беседовали в гримерке. После двухчасового  концерта, даже во время интервью, она безотказно давала своим поклонникам автографы. Поблагодарив народную артистку СССР за многолетнее служение эстраде, мы стали беседовать. Отмечу, выглядит Эдита Станиславовна божественно, от нее исходит какое-то сияние и доброта. А ведь певица в следующем году отметит 75-летний юбилей!

О песнях

- Эдита Станиславовна, у вас большой, огромный репертуар. Но, думаю, одна песня есть знаковая.

- Вы знаете, нелюбимых песен никогда не пела. Невозможно петь песни, которые тебя не тронули. Показатель такой: мне играют песни, композиторы маститые, известные – я слушаю, говорю: «Не знаю, я не смогу петь…» или играют – ах! – мурашки по телу. Знаю – все, моя песня, я ее донесу до людей. Иначе не может быть. Поэтому все песни выстраданные, вымученные. Не то, что я их себе присвоила, нет. Я их удочерила, они мои, родные.

О гастролях

- Вы изъездили очень-очень много городов. Какая самая дальняя точка в стране и в мире, где вы были?

- Мы были даже в Антарктиде. Там даже был какой-то дворец культуры, полярники там были. В каких годах это было – не могу сейчас вспомнить.

Моя большая ошибка – я никогда не вела дневник. Знаете, как пригодилось бы? У нас был рабочий сцены, когда еще весь коллектив было возможно возить с собой, Володя Толмачев… Владимир Александрович Толмачев, царство ему небесное, он записывал все -  куда мы ездили и так далее. Это было нормально, а я не помню. Это была, пожалуй, самая дальняя точка. А какие еще были далекие точки…

Мы первооткрывателями, пионерами были, первыми, в Гондурасе, пионерами, как советские артисты, в Боливии, ну и в Париже тоже из эстрадных артистов чистого жанра. Я как исполнительница первая там выступала, потому что в советское время же не выпускали. Не знаю почему. Но я благодарна господину Кокатриксу (импресарио, директор концертного зала «Олимпия» - Авт.) за то, что он меня туда пригласил, и я сумела для себя  в своей географии гастролей поставить такой зал. Дважды. Потом я там в 69-м году выступала как хозяйка программы Ленинградского мюзик-холла – по-французски. Потом писали в газетах: «Elleafrancais epicable» – у нее изысканный французский. На самом деле мне написали все ведение, я его выучила и выдавала как свое.

О жизни, учебе и интуиции

Если бы вы не остались в России, ваша судьба могла бы сложиться иначе…

- Да, если бы я не встретила Сан Саныча Броневицкого, конечно. Я закончила бы университет… Я и так его закончила заочно всего с тремя «четверками», остальные «пятерки». Я была единственной заочницей в истории философского факультета Петербургского, тогда Ленинградского университета со времен основания его Петром Великим. Не было студентов-заочников на этом факультете. А я низко поклонилась министру высшего образования с просьбой. Я зашла к нему в кабинет и говорю: «Я хочу петь». Он говорит: «Это не ко мне». Я: «Но я хочу учиться!» А это было на 2 курсе, я еще плохо по-русски говорила…(произносит с акцентом: «но я хотшу утшытса») Он: «Учитесь! Как вы сюда попали?» Я говорю: «Простите, я студентка Ленинградского университета, но еще я выступаю, у меня есть пластинки» - «Я не поклонник эстрады, извините» Но у меня энергетика, а когда я волнуюсь, она еще сильнее, особенная такая… Я его, в общем, уговорила. Сказала, что буду учиться только на пять и, может, на четыре, не будет троек, буду все конспекты брать у своих однокурсников… Благословил! Сказал: «Не буду брать грех на душу». В общем, закончила и доложила ему…

Так вот, как бы сложилась моя судьба: я бы не вышла замуж за Броневицкого, и не родилась бы дочка… Но она родилась уже позже. Не могла раньше родить – не знала, кому подкинуть… (улыбается) Несомненно, это судьба. Я ее не планировала. И вообще в жизни ничего не планирую. Всегда думаю, что суждено, то и будет. Но это не значит, что я по течению плыву. Я понимаю, какие камни обходить, что не мое, что неприлично, что неудобно, что нельзя делать…

- Сердце подсказывает, да?

- Сердце – да, интуиция, подсознание.

- Музыкальное образование вам получить не довелось

- Ничего! Я не знаю нот. Но я не хвастаюсь этим, но у меня хороший слух.

- Среди музыкантов такое бывает: он слухач, и играет на многих инструментах

- Но мое происхождение – из шахтерской глубинки. Мама моя прекрасно пела в хоре в костеле, когда была молоденькой. Когда вышла замуж – уже не довелось. Она играла на мандолине. Народные польские песни, немецкие знала, потому что она в Пруссии родилась. Польша же была разобрана, она в 1905 году родилась в Познани, тогда же Польши не было. Она по-немецки, по-польски пела. И я, как мартышечка, тоже пела, ей вторила, и в костеле – все песни ритуальные, особенно в Рождество под орган, все прихожане пели… Все это в крови. И иначе я бы пела и в Польше. Я уехала бы, предположим, и была бы хорошей учительницей, детишек бы заставляла петь. Какой-нибудь хор бы организовала. Но артисткой бы вряд ли стала.

О шансоне

- У нас сейчас эстрада… Она такая… разная

- Ее нет. В советское время у музыкальных критиков, которые были, самым большим оскорблением было это «кабацкая певица». А теперь кругом кабак.

- «Шансон»…

- Они оскорбляют французский шансон. Эдит Пиаф – это была шансонье. Жильбер Беко, Жак Брель, Азнавур… Это шансонье. Они оскорбляют этот жанр. Я бы сравнила его с классическим русским романсом. Шансон и романс на стихи замечательных русских поэтов. А тут, видите ли, песни ресторанные, для людей, которые досуг там бы провели. И это называют «шансон»…

- И блатные песни еще

- Блатные, да, «Мурка»… Это нечестно. Это именно прорыв бескультурья. Понимаете, Шуфутинский был хозяином ресторана в Лос-Анджелесе. Первый ресторан, где меня заставили петь. Он сказал: «Я вам плачу, и вы будете петь для моих гостей за столиками». Я сказала: «Ну что ж делать». Приехала в эту Америку по приглашению общества «Родина». Это соотечественники. И мы пели для соотечественников в концертных залах. Они арендовали концертные залы. А он, видите ли, в ресторане заставил меня петь. Вот он эту ресторанщину и несет. Это плохо. Это моветон. Все должно иметь свое место действия. Так же  как я всех организаторов концертов учу, поправляю:  Я не на площадке выступаю, а в концертном зале. И я не товар, и вы меня не прокатываете. Вы меня пригласили для концертов. Учитесь правильно формулировать то, чем вы занимаетесь. То есть я учу и не стесняюсь. Правда, в силу своего возраста, я имею право уже учить.

- И дай Бог, чтобы прислушивались.

- Да. Прислушиваются. Вот и Сергей, который вместе с Багровой организовали мое выступление здесь, он сказал: «Да, я запомню. Концертный зал, дом культуры. Площадка – плохо».

- «Продукт», он «продается». Товарная лексика оскорбляет искусство?

- Это обедняет русский язык. Как же так можно? Так нельзя.

О звездах

- Кто из тех, кто присутствует сейчас на сцене, заслуживает вашего внимания? Есть персоны или коллективы?

- Коллективы вряд ли, а из того, что я слышу, великолепный голос, великолепный талант вокалистки у Валерии. Но она, к сожалению, не артистка. У нее не хватает подкрепления ее нутра тем звукам, которые она производит. Она издает такие божественные звуки… Я слышала, она пела какую-то классическую итальянскую песню, ну просто мурашки, а лицо… Самое большое, на что она способна – это головой махать. Попробуй закрыть глаза, вникнуть в образ того, что ты поешь…  А она нет. У меня руки идут сами… Надо, чтобы голос подкреплялся изнутри, а у нее этого нет. Я даже думала – напрошусь, поговорю, помогу, а потом – а вдруг она обидится… Очень неплохая есть девочка - Зара. Но тоже, очень она картонная. Я на сцене была живчик, до перелома ноги. А сейчас надо идти, но идти очень тяжело. А раньше я носилась… Но я не танцевала, я не плясала. Просто как вихрь. Снять микрофон, пойти в зал. Этого было достаточно. Это было органично, эмоционально…

- И подтанцовка не нужна была.

- Нет, конечно. Я спросила у Шульженко: «Как у вас получается? Вы стоите у рояля, а руки вдруг у вас сами начинают петь и глаза горят так, что от вас невозможно оторвать взгляд» И она вот что изрекла: «Деточка, если сердце поет – все запоет!» А у Валерии голос впереди нее, а она где-то там на задворках остается. А голос летит и надо его догнать, сказать: «Ты мой! Слушайся меня!» Вот так бы я ей подсказала.

- У нее чистейшая интонация и диапазон

- И диапазон, красивый. Есть еще, может, кто-то, но я, к сожалению, не всех знаю. Может, вы подскажете?

- Я бы отметила, например, Хор Турецкого. Они всегда «пропагандируют» хорошее исполнение.

 - Да, но это классика больше. Вот я начинала выступать с ансамблем Броневицкого. Там дирижеры-хоровики пели. И они мне подпевали. Я пела: «Аутобус» Они: «Ду-ду-да» - «Червоны» - «Ду-ду-да». И потом на аккорды разбегались, акапелльно. 12 человек подпевали, и это было красиво. Такой джаз-голд был… Да, Хор Турецкого. А из личностей… Распутина – это кабак, самый настоящий, Мне сложно о ком-то что-то сказать, чтобы не обидеть.

О публикациях

- Вам не обидно, что про вас сейчас мало пишут, что вы ни в каких скандалах не замешаны?

- Про меня уже давно все написано! А скандалы… Я, во-первых, не скандальная, а во-вторых - то, что мое, я никому не отдам. И на растерзание – тоже нет, ни в коем случае. Почему обидно? Про меня написано столько – дома целый чемодан. Рецензии со всех стран мира, где я выступала, и советские тоже. Помню, первая рецензия – в «Известиях: «Солистка веселого ансамбля». Это написал МихНик – Михаил Николаевич  Долгополов. Сейчас его уже нет. И была еще такая рецензия – очень ругательная, ее написал такой музыкальный критик Гершуни. Он очень меня ругал: «Эту кабацкую певичку надо выстирать по самое декольте… Это пропагандисты буржуазной идеологии». Чувствовалось, что это была заказная статья. И вот лет 10 прошло, мы выступали в Москве в Центральном доме актера. И на этом концерте присутствовал Гершуни. Он вышел на сцену и сказал: «Я когда-то позволили себе оскорбить в статье эту артистку.  Я приношу свои глубокие извинения публично. Я был глубоко не прав, я был пацаном.  Я теперь все понял». Так бывает…

О дочке, внуке и красоте

- Вопрос, который я не могу не задать: ваши дочь и внук (Илона Броневицкая и Стас Пьеха – Авт.). Что у них сейчас, как складывается жизнь?

- Во-первых, мой клич, который я когда-то бросила дочке, а потом она и детям своим – каждый за себя отвечает. Каждый должен почувствовать изнутри, что ему в жизни нужно, кем он будет и чем он должен заниматься. Я хотела быть учительницей. Я достигла – закончила с отличием педагогический лицей с дипломом круглой отличницы. И собиралась стать еще лучше, поступив на отделение психологии философского факультета. Н то, что я любила петь – это оказалось сильнее. И это захлестнуло мои желания и мое стремление быть учительницей. Это расширило диапазон. Теперь в зале – все мои дети. Я преподаю уроки жизни – как быть, что такое любовь, что такое надежда, что такое вера, как быть сильным, а как бывает… А вот подвиг советских летчиков, а вот Баллада о хлебе о духовной сытости. Люди проходят мимо хлеба, который был когда-то ценою жизни… Я об этом пою. Я учитель этики, учитель жизни…

- Учитель эстетики…

- Да, учитель эстетики. Я тоже себе не позволю выйти на сцену не так, как положено артисту. Это я все подсмотрела, это все методом тыка, изучала. Ну и Зайцев помог, конечно.

- А сейчас вы сами себе стилист, сами создаете образы?

- Не стилист, я сама себе худсовет. Мне модельер предлагает – я работаю с Танцуриной, Парфеновой, - я смотрю – нет, так не надо. Я подсказываю, исходя из движения на сцене, чтобы мне было удобно. Когда-то Зайцев, он такой матерщинник, сказал: «Откуда такое чувство вкуса у тебя?» Я говорю (показывает вверх): «Оттуда».

Первое мое восхищение, восприятие красоты: мой папочка родной, он очень уставал на шахте, он 20 лет вкалывал под землей и он выращивал розы. Но такой сказочной красоты! Он за ними как за детишками ухаживал. На одном кустике прививал черенки разных сортов. И целый куст – как букет разноцветный! Белая, розовая, желтая, бордовая… И целая стена сирени махровой. Вот это воспринимая, я не могла заблудиться в этой жизни и пойти в безвкусицу. Это была точка отсчета к красоте, к прекрасному.

- А вы в Бога верите?

- Конечно.

- Вы католичка?

- Да, но я не хожу в костел. Был случай - я зашла в костел, а какая-то женщина смотрит, подходит: «Дайте автограф!» Говорю: «Как вам не стыдно!» Повернулась и ушла. Сама сказала себе, наверное, не надо ходить там, где люди такие встречаются невоспитанные. Зачем так? Поэтому, у меня есть маленькая иконка Божией матери из Ченстоховы. Она чудодейственная. Этот образ в монастыре Ясная Гора под городом Ченстохова. И когда было нашествие татаро-монгольское, они туда ворвались в монастырь, и по образу этому большому невероятной красоты кто-то полоснул мечом, по лицу. И оттуда хлынула кровь. Они все упали и - бегом. И с тех пор туда паломники со всей Европы к этому образу приходят. И когда было первое причастие, мне было 10 лет, уже в Польше, мне из Франции богатая тетка прислала белый костюм. Тетка замуж вышла за богатого французского купца, а мама – за бедного шахтера. Так вот, она прислала костюм белоснежный – как невеста… И вот первое причастие, и этот образ Богоматери из Ченстоховы, он с тех пор всегда со мной. Всегда! Представляете? И перед сном я всегда молюсь, но я не фанатик. Я говорю Боженьке спасибо, охраняй меня… Дай силы мне еще попеть. Людям это надо, и мне тоже.

- Хотела бы еще спросить про вашего внука Стаса Пьеху

- Он ездил со мной на гастроли с 4 до 7 лет, он был при деле. Он дружил с музыкантами, слушал, как они разыгрываются… Я же возила весь коллектив, в советское время это было реально. Мы же стоили копейки. Я получала за выступление 38 рублей. А музыканты – и вовсе, оклад 105 рублей в месяц, сколько бы концертов не было. А потом уже мы стали работать на ставке, я им сделала, и все равно это были копейки…

И Стас выходил на сцену, я даже песню заказала про мужчину, которого я люблю. В конце песни он выскакивал на сцену, ему даже костюм сшили, он видел, что такое сцена, он попробовал ее на вкус и зрительно, и ушами, он слышал, как играют музыканты, видел, как публику надо уважать, иначе не будет другого – не будет к тебе уважения. Он все это впитал. Но он заблудился. Сначала не понял, кем он будет. Дочка вмешалась – стилистом его захотела сделать. Он учился, закончил какие-то курсы стилистов, а потом бросился куда-то. Учился в непонятном училище джазовом, потом еще куда-то, а потом – раз! И пошел на «Фабрику».

Было ему трудно сначала. А потом постепенно, постепенно… не потерялся. У него талантливый отец, литовец. Тот тоже был талантливым музыкантом, и тоже пел, правда, джаз. Но он на 10 лет был старше дочки – отцу 60, дочке 50. Они познакомились, я настояла, чтобы Стас знал своего отца. Во-первых, Стас сам стихи пишет, мне подарил песню… (Жалко, в Иркутске диски кончились, придут на Сахалин) Мой музыкант-гитарист втайне написал песню на его стихи «Возьми мое имя», очень красивые слова. И вот на концерте я исполнила эту песню, Стас почти на сцене чуть не расплакался от благодарности. Он очень чувственный парень, и он живет в себе. Он не показушник такой, понимаете?

- И еще воспитание… Он другой, отличается от этой массы.

- Он видел, как надо. А я училась у тех артистов – Бернес, Шульженко… Потом, я удостоилась такой чести… Когда было мое 25-летие как артистки, в зале «Россия» Клавдия Ивановна поднялась на сцену и преподнесла букет розовых гвоздик – это были ее любимые цветы. На следующий год мне будет 55! Представляете?!

…Утесов тоже. Была программа «Песня года» в Останкино. Ему было уже 90, его кто-то поддерживал, и он преподнес мне цветы. Разве я могу не гордиться этим? Это было подтверждением того, что я не заблудилась в этой жизни, что я иду по правильному пути. Признание этих артистов великих, и я на них равнялась…

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить информацию об ошибке

Наталья Алымова. - Начиная со второго квартала 2015 года, продажи новых квартир активно поддерживались государственными субсидиями, в то время как на рынке вторичного жилья наблюдался спад.

Доп. информация (не обязательна для заполнения)

1111

Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Гость
Подписаться на комментарии
Чтобы комментировать от своего имени - авторизуйтесь или зарегистрируйтесь.

Эти несложные правила помогут Вам получать удовольствие от общения на нашем сайте!

Мы рады, что Вы решили оставить свой комментарий на нашем сайте!

Для того, чтобы посещение нашего сайта и впредь оставалось для Вас приятным, просим неукоснительно соблюдать правила для комментариев:

  • Сообщение не должно содержать более 2500 знаков (с пробелами)
  • В комментариях запрещаются выражения, содержащие ненормативную лексику, унижающие человеческое достоинство, разжигающие межнациональную рознь.
  • Запрещаются спам, а также реклама любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи.
  • Не приветствуются сообщения, не относящиеся к содержанию статьи или к контексту обсуждения.

Давайте будем уважать друг друга и сайт, на который Вы и другие читатели приходят пообщаться и высказать свои мысли. Администрация сайта оставляет за собой право удалять комментарии или часть комментариев, если они не соответствуют данным требованиям.

 

Сейчас на сайте

107 069

объявлений

Опрос
Сколько готовы потратить денег на новогодние праздники?
ВСЕ ОПРОСЫ
АРХИВ НОМЕРОВ